ПРЕССА О ФЕСТИВАЛЕ
«СЛАВЯНСКИЙ ВЕНЕЦ»




В конце мая начале июня столица вновь принимала гостей ╚Славянского венца╩ ≈ Международного фестиваля камерных театров и спектаклей новых форм. Он был учреждён по инициативе Омского театра на Перовской при поддержке городского комитета по культуре в 1995. В этом году ╚Славянский венец╩ прошёл уже в шестой раз.
Но солидный порядковый номер не обеспечил фестивалю идеальной организации, оставившей весьма противоречивые впечатления.
Так, для участия в фестивале были приглашены коллективы из Албании (со спектаклем ╚Полёт╩ Д. Мотока театра ╚Скампа╩ из Эльбасана), Македонии (с ╚Метаморфозами╩ Овидия Народного театра г. Штипа, удостоенного приза Федерального агентства по культуре и кинематографии за ╚остросовременное прочтение мировой классики╩). А также ≈ из Украины (╚Прощай, Моцарт!╩ по А. С. Пушкину, Киевский театр на Печерске), Белоруссии (╚Ночь Гельвера╩ И. Вилкиста Могилёвского областного драматического театра, ╚Окно╩ А. Батюкова Белорусского театра в Омске, ╚Ты помнишь, Алёша╩ А. Дударева Минского театра Армии) и России (╚Ангел ≈ скорбное бесчувствие╩ В. Москаленко Омского театра русской драмы, ╚Бабилей╩ по Ф. Абрамову театрального объединения ╚Провинция╩, Омск). Однако, несмотря на данное репертуарное разнообразие, самым популярным автором, чьё имя чаще других встречалось в фестивальной афише, стал Алексей Дударев (его пьесы помимо минского армейского театра играли также Брянский театр драмы имени А. К. Толстого с ╚Гуманитаркой╩, и театр на Перовской со своей недавней премьерой ≈ ╚Не покидай меня╩). Что расценивалось как своеобразный реверанс в сторону драматурга, а по совместительству ещё и главы жюри ╚Славянского венца-2005╩.
Каждый спектакль представлял ведущий артист Театра на Перовской Виктор Никитин. Это выглядело естественным проявлением гостеприимства (а вот ежевечернее исполнение гимнов стран-участниц ╚Славянского венца-2005╩ смотрелось как-то совсем уж по-советски). Но, между тем, программа фестиваля постоянно менялась (к примеру, в афише отсутствовали ╚Вдовы╩ С. Мрожека в версии столичной театральной компании ╚САРД╩, который в итоге был показан и даже отмечен призом оргкомитета ╚за новаторство в искусстве╩). На некоторых спектаклях в фойе нельзя было найти элементарных программок, отсутствовал и синхронный перевод, и синопсисы.
Конечно, театральный язык универсален, но, если дело касается такой многословной, неизвестной российскому зрителю пьесы, как ╚Полёт╩ румынского автора Дору Мотока, то малейшие тонкости и нюансы текста приобретают особое значение. Ведь ни увлечённая, в высшей степени сосредоточенная игра Нико Канксери и Альфреда Требински (получивших, кстати, награду за актёрский профессионализм), ни пространная преамбула режиссёра ╚Полёта╩ Адониса Филипи, объяснившего суть спектакля красивой, но банальной сентенцией, что ╚когда человек счастлив, душа его летит╩, не помогли ╚подключиться╩ к спектаклю. В результате публика наблюдала за происходящим на сцене отстранённо, и оживилась, только лишь услышав от одного из персонажей словосочетание ╚водка Смирнов╩.
Недоумение царило в зрительном зале во время просмотра ╚Окна╩ (режиссёр ≈ Алёна Захарова, Белорусский театр в Омске). Спектакль длился без малого сорок минут. Так что разобраться во всех хитросплетениях и драматических перипетиях женской судьбы (составивших основной пафос литературного сочинения Алексея Батюкова), ╚расшифровать╩ замысловатую пластику Оксаны Сидорчик (Женщина) и догадаться, что означало появление Маленькой женщины (Ольга Захарова) зрителям так и не удалось.
Совсем иное настроение сопутствовало показу ╚Ночи Гельвера╩ Ингмара Вилкиста (Могилёвский областной драматический театр, режиссёр Владимир Петрович), действие которой на протяжении полутора часов держало нас в неослабевающем напряжении. Причиной тому и трагический сюжет, отсылавший к тридцатым годам прошлого века ≈ периоду зарождения нацизма в Европе, и необычайно созвучный сегодняшнему дню ╚мотив╩ агрессивного воздействия этой преступной идеологии на молодые, духовно неокрепшие души. Но главное ≈ эмоциональное, до мелочей продуманное сценическое существование исполнителей Глеба Богаевского (Гельвер; эта работа артиста была признана лучшей мужской ролью ╚Славянского венца-2005╩) и Евгении Белоцерковской (Карла). Первый тонко, порой на грани патологии воплотил образ несчастного, не слишком здорового, чрезвычайно подверженного чужому влиянию и больше всего на свете боящегося одиночества юноши. Вторая ≈ безо всякого надрыва и сентиментальности сумела провести через весь спектакль линию вины своей героини перед когда-то оставленным в приюте ребёнком, стремление Карлы защитить взятого на воспитание Гельвера от надвигающейся на него беды. Благодаря подобной, традиционной для отечественной сцены адвокатской позиции актрисы мы попытались, как это было ни тяжело, не осудить, но отнестись с пониманием к финальному поступку Карлы, давшей Гельверу смертельную дозу таблеток. Потому что при фашизме участь душевнобольного Гельвера практически решена.
╚Ночь Гельвера╩, открывавшая ╚Славянский венец-2005╩, без сомнения, стала событием фестиваля, который на сей раз был посвящён шестидесятилетию Победы. Спектакль из Могилёва сразу задал тон нестандартного подхода к разговору на эту сложную тему. Отчасти почин могилёвцев поддержал Брянский театр имени А. К. Толстого, показавшим драму А. Дударева ╚Гуманитарка╩ (Секонд хенд). Премьера спектакля состоялась аж в 1997 году. А проблемы ветеранов Великой Отечественной, из победителей постепенно превратившихся в побеждённых, до сих пор близки и понятны нам. Но, к сожалению, поданы они были и в пьесе, и в спектакле (режиссёр ≈ Яков Натапов) слишком уж прямолинейно, декларативно. В результате обличавшие новую власть монологи Леонова (Борис Матвеев), нелицеприятные по отношению к отцу и российскому государству речи дочери Леонова Софьи (Марина Финогенова) и прочие социальные откровения неизменно превращались в набившие оскомину морали. Преодолеть изначальную схематичность удалось только Иосифу Камышеву (Старцев), познакомившему нас с непростым, немало страдавшим, но не потерявшим веру в лучшее будущее человеком (возможно, органика и обаяние Камышева способствовали тому, что ╚Гуманитарка╩ в итоге стала обладательницей приз зрительских симпатий).
К спектаклю же Театра на Перовской ╚Не покидай меня╩ А. Дударева стоило отнестись как к типично ╚датскому╩, но он повествовал о женщинах на войне, что независимо от каких-либо обстоятельств всегда задевало за живое. А, прибавив к этому волнующее, очень личностное исполнение главных ролей Евгенией Корницкой (Гурская), Кариной Мишулиной (Кремиз), Екатериной Серебряковой (Ладысева), Еленой Коровчук (Батян) следовало согласиться с вердиктом жюри об объявлении их лучшими актрисами ╚Славянского венца-2005╩.
Хотя, если вдуматься, то в этом можно было усмотреть нарушение этических норм. Всё-таки театр на Перовской ≈ хозяин фестиваля, и есть нечто сомнительное в том, что большинство самых значимых наград осталось именно за ним (вслед за Е. Корницкой, К. Мишулиной, Е. Серебряковой и Е. Коровчук приз за режиссуру получил художественный руководитель театра Кирилл Панченко).
А известие о присуждении гран-при фестиваля спектаклю ╚Ты помнишь, Алёша╩ по пьесе А. Дударева (в постановке его однофамильца ≈ тоже А. Дударева) и вовсе повергло в замешательство.
Впрочем, отчасти это оправдано тем, что финал ╚Славянского венца-2005╩ совпал с юбилеем Дударева, и столь весомый приз оказался подарком жюри своему председателю. В чём собственно, не было бы ничего из ряда вон выходящего, если бы не одно маленькое, но весьма существенное ╚но╩. Такое решение разом свело на нет те благородные, сугубо творческие задачи, которые ставили перед собой организаторы фестиваля, переведя ╚Славянский венец╩ в разряд совсем уж домашних радостей.

Майя Фолкинштейн.
╚Культура╩ от 16.06.2005 года




Театр на Перовской
© 2012 Театральный фестиваль славянского искусства.